Гибель четырёхлетнего ребёнка в Кокшетау вновь обратила внимание на проблему, которая для города далеко не новая.
По предварительной информации, мальчик пропал со двора дома. Родители обратились в полицию. Вечером ребёнка обнаружили в открытом колодце. По факту гибели несовершеннолетнего возбуждено уголовное дело.
Следствие должно установить все обстоятельства произошедшего. Однако уже сейчас очевидно: вопрос безопасности городских колодцев требует отдельного и принципиального рассмотрения.
Проблема открытых и неисправных люков в Кокшетау поднималась неоднократно.
В 2019 году ребёнок провалился в открытый канализационный люк в микрорайоне Коктем-1. Тогда мальчика удалось спасти. После огласки опасный участок был закрыт.
В том же году сообщалось, что в Кокшетау насчитывается более 19 тысяч люков. Только за год было закрыто около 500 открытых люков. Сама эта цифра показывает масштаб проблемы.
Но спустя несколько лет ситуация продолжала требовать вмешательства.
В 2023 году сотрудники полиции обследовали около 100 смотровых колодцев. Более 30 из них имели различные дефекты. По выявленным нарушениям принимались меры, одно должностное лицо было привлечено к административной ответственности.
В том же году жители Кокшетау рассказывали журналистам об открытых люках во дворах. В отдельных случаях люди самостоятельно закрывали опасные отверстия досками и другими подручными средствами.
В 2024 году при очередном мониторинге были выявлены десятки колодцев, закрытых ненадлежащим образом, а некоторые оставались открытыми.
В январе 2025 года спасателям вновь пришлось выезжать на подобный вызов: в двухметровый открытый колодец провалился щенок.
Казалось бы, каждый такой случай должен становиться основанием для системной проверки всей городской сети.
Но проблема не исчезла.
В апреле 2026 года Esilnews.kz сообщал об открытых люках в районе набережной возле ЖК «Жансая». Житель обратился через систему «е-Өтініш». Однако вместо оперативного устранения опасности возник вопрос принадлежности объектов к той или иной коммунальной организации.
Именно здесь возникает принципиальный вопрос к организации городского контроля.
Для жителя не имеет значения, кому принадлежит люк — коммунальному предприятию, энергетической организации или другой структуре. Если открытый колодец находится на территории города, он представляет потенциальную опасность для любого человека.
Тем более для ребёнка.
Поэтому система должна работать не от обращения к обращению и не от публикации к публикации. Опасные объекты должны выявляться и устраняться в рамках постоянного контроля.
Сегодня после гибели ребёнка особенно важно получить не только информацию о конкретном колодце, но и ответы на более широкий круг вопросов.
Сколько открытых и неисправных колодцев выявлено в Кокшетау в текущем году?
Сколько обращений по этому поводу поступило от жителей?
Как быстро они были отработаны?
Сколько объектов остаются без крышек или имеют другие дефекты?
Есть ли единый реестр городских колодцев с указанием их балансодержателей?
Кто отвечает за регулярное обследование этих объектов?
И, наконец, кто осуществляет контроль за исполнением предписаний и обращений граждан?
Ответы на эти вопросы важнее очередного отчёта о проведённом рейде.
Потому что сам по себе факт проверки ещё не означает, что город стал безопаснее.
Можно обследовать сотни объектов, составить десятки актов и направить множество предписаний. Но если после этого один открытый колодец остаётся без крышки в месте, где ходят люди, проблема не решена.
Сегодня погиб ребёнок. Следствие установит обстоятельства его гибели и даст правовую оценку действиям либо бездействию конкретных лиц, если для этого будут основания.
Но городская власть должна дать ответ и на другой вопрос — почему проблема открытых колодцев, о которой в Кокшетау говорят не первый год, до сих пор не решена системно?
Без этого очередное обследование рискует остаться очередным пунктом в отчёте.
А безопасность горожан — особенно детей — не может быть пунктом статистики.
